Неточные совпадения
Левин помнил, как в то время, когда Николай был в
периоде набожности, постов, монахов,
служб церковных, когда он искал в религии помощи, узды на свою страстную натуру, никто не только не поддержал его, но все, и он сам, смеялись над ним. Его дразнили, звали его Ноем, монахом; а когда его прорвало, никто не помог ему, а все с ужасом и омерзением отвернулись.
Это было большое варварство, но вреда нам не принесло, и вскоре мы «закалились» до такой степени, что в одних рубашках и босые спасались по утрам с младшим братом в старую коляску, где, дрожа от холода (дело было осенью, в
период утренних заморозков), ждали, пока отец уедет на
службу.
Ему оставалось немного дослужить до пенсии. В
период молодой неудовлетворенности он дважды бросал
службу, и эти два — три года теперь недоставали до срока. Это заставляло его сильно страдать: дотянуть во что бы то ни стало, оставить пенсию семье — было теперь последней задачей его жизни.
У нас прохождения вашей
службы было всего шесть месяцев и пять дней, но и этого краткого
периода времени было достаточно, чтобы дать почувствовать, что нами руководит опытная рука…
Чтоб объяснить все эти последние поступки барона, я, по необходимости, должен буду спуститься в самый глубокий тайник его задушевнейших мыслей: барон вышел из школы и поступил на
службу в
период самого сильного развития у нас бюрократизма.
Петр, знакомство мое продолжалось до самой моей свадьбы, за исключением
периода моей
службы в Новороссийском крае…
Он не курит, не пьет, не платит женщинам, но, тем не менее, две тысячи, которые вырабатывает он
службой и практикой, уходят от него так же быстро, как уходят у меня мои деньги, когда я переживаю
период кутежа.
Ему случалось пить редко, особенно в последнее время, но раза два в год он запирался у себя в квартире, сказывался больным. Иногда пил только по ночам неделю-другую, — утром уходил на
службу, — и в эти
периоды особенно ехидствовал.
До шестого класса гимназии я искренно и полно верил в православного бога. Одно время, с полгода, — помнится, было это в четвертом классе, — я переживал
период аскетизма: постился с умилением, ходил на все церковные
службы, перед гимназией заходил к Петру и Павлу к ранней обедне, молился перед сном горячо и подолгу.
Не только во время краткого нахождения Аракчеева не у дел, но и в
период бытности его у кормила правления, граф, несмотря на его многосложные обязанности, сопряженные с необыкновенною деятельностью и бессонными ночами, успевал замечать всякие мелочи не только по
службе, но и в домашнем быту; он имел подробную опись вещам каждого из его людей, начиная с камердинера и кончая поваренком или конюхом.
Видения мои сбываются: народ волнуется, шумит, толкует об открытии заговора, о бегстве царя Петра Алексеевича с матерью и молодою супругою в Троицкий монастырь; войско, под предводительством Лефорта [Лефорт Франц Яковлевич (1656–1699) — швейцарец, с 1678 г. состоявший на
службе в русской армии; играл активную роль в создании Преображенского и Семеновского «потешных» полков, впоследствии участвовал во всех военных походах начального
периода правления Петра I.] и Гордона, собирается в поход; сзывают верных Петру к защите его, проклинают Шакловитого [Шакловитый Федор Леонтьевич — управляющий Стрелецким приказом, сообщник царевны Софьи Алексеевны; казнен Петром I в 1689 г.], раздаются угрозы Софии.